doctor_alik: (Доктор1964)
В маленькое кафе на 8 столиков, на Кировской (Мясницкой), напротив Банковского переулка, кто-то из лицеистов зашел случайно, и, очарованный, тут же привел остальных. Мы нашли то, чего даже не искали, чего не могло быть - место, где нас,пятнадцати-шестнадцатилетних, приняли как своих, как завсегдатаев. Нам, лицеистам, совсем уже стало тесно в наших коммуналках, где в единственную семейную комнату было немыслимо приводить компанию друзей. В кафе, где работали гардеробщик, одна, иногда - две официантки и повар, судя по всему, никто не заботился о финансовом плане, там можно было сидеть целый день,заказывая время от времени чашку кофе, стоившего 5 копеек. Гардеробщик Сережа, полусумасшедший бородач, похожий одновременно на семинариста-расстригу и на художника Валеру Герловина, виртуозно жонглировал номерками , швыряя их гостям из-под приподнятой ноги, когда бывал в настроении. Он внимательно выслушивал завсегдатаев, решивших с ним поговорить, и отвечал на все одним словом "Ёпть", артистически варьируя интонацию. Ему обязано кафе своей кличкой "У Бороды", или просто "Борода". Я приходил в "Русский чай" с портфелем прямо из школы, занимал столик, затем обычно бегал по просьбе вечно беременной официантки Тамары в магазин - купить ей молоко или кефир. За это добрая Тома приносила мне бесплатно тарелку тушеной картошки от жаркого на обед. Потом я читал, писал, пил кофе-эспрессо и ждал, пока подтянутся господа лицеисты. Собравшись, мы обсуждали темы своих литературных изысканий, читали стихи, в том числе -начавшие рождаться свои стихи и прозу, делились прочитанным и придуманным, и ,освобожденные лицейской дружбой от юношеского ощущения одиночества, мы постепенно начали внимательно наблюдать за окружающими. А среди завсегдатаев "Чая" были интереснейшие люди, из-за которых кафе получило у нас еще одно имя:"Паноптикум". Каждый вечер приходил старик в элегантном, хотя и очень потертом костюме - тройке, выпивал чашку кофе, а затем весь вечер дремал, держа обеими руками трость с массивным набалдашником. Однажды, сидя за соседним столиком, он повернулся к нам и сказал:" Знаете ли, это кафе очень напоминает мне кафе "Ротонд" в Париже" - "А вы бывали в Париже??" И тут началась растянувшаяся на много вечеров сага старого одессита Мони Орлюка. Дядя Моня, как звали его все завсегдатаи, объездил весь мир, работая у своего брата - крупного американского антрепренера. При дяде Моне нельзя было упомянуть какое-нибудь большое артистическое имя первой половины 20 века, чтобы не услышать что-нибудь, вроде "Карузо ? Устраивал я ему однажды турне в Америке.Рахманинов? Да, делал я ему 2 концерта в Лиссабоне". Моню все очень любили, и в кафе долго его вспоминали, когда через пару лет он перестал приходить. Часто приходил величественный седой красивый человек, с одной-двух рюмочек погружавшийся в дрему. Однажды, когда увлекшись, мы долго читали друг другу Мандельштама и Пастернака, он поднял голову и громко провозгласил:" Молодые люди! Вы понятия не имеете - что такое Поэзия! Это говорю вам я - великий русский поэт Овсей Дриз" (как мы узнали намного позднее, Овсей Овсеевич был, действительно, очень хорошим поэтом, писавшим на идиш). Аура "Русского чая" действительно притягивала, кафе вошло в моду, почти все столики ежевечерне были заняты постоянными посетителями, в какой то момент там стали часто появляться люди из компании моего старшего брата Лёни, знакомство с которыми привело, странным образом, к нашему с Лёней сближению и тесной дружбе, чему прежде очень мешала разница в возрасте. Как рассказывает мой брат, ему было вначале странно услышать от приятелей слова "Алик считает, что...Алик думает, что...", и он заинтересовался этим Аликом. Аналогичный процесс происходил и в моем сознании. Продолжение следует.
doctor_alik: (Доктор1964)
В маленькое кафе на 8 столиков, на Кировской (Мясницкой), напротив Банковского переулка, кто-то из лицеистов зашел случайно, и, очарованный, тут же привел остальных. Мы нашли то, чего даже не искали, чего не могло быть - место, где нас,пятнадцати-шестнадцатилетних, приняли как своих, как завсегдатаев. Нам, лицеистам, совсем уже стало тесно в наших коммуналках, где в единственную семейную комнату было немыслимо приводить компанию друзей. В кафе, где работали гардеробщик, одна, иногда - две официантки и повар, судя по всему, никто не заботился о финансовом плане, там можно было сидеть целый день,заказывая время от времени чашку кофе, стоившего 5 копеек. Гардеробщик Сережа, полусумасшедший бородач, похожий одновременно на семинариста-расстригу и на художника Валеру Герловина, виртуозно жонглировал номерками , швыряя их гостям из-под приподнятой ноги, когда бывал в настроении. Он внимательно выслушивал завсегдатаев, решивших с ним поговорить, и отвечал на все одним словом "Ёпть", артистически варьируя интонацию. Ему обязано кафе своей кличкой "У Бороды", или просто "Борода". Я приходил в "Русский чай" с портфелем прямо из школы, занимал столик, затем обычно бегал по просьбе вечно беременной официантки Тамары в магазин - купить ей молоко или кефир. За это добрая Тома приносила мне бесплатно тарелку тушеной картошки от жаркого на обед. Потом я читал, писал, пил кофе-эспрессо и ждал, пока подтянутся господа лицеисты. Собравшись, мы обсуждали темы своих литературных изысканий, читали стихи, в том числе -начавшие рождаться свои стихи и прозу, делились прочитанным и придуманным, и ,освобожденные лицейской дружбой от юношеского ощущения одиночества, мы постепенно начали внимательно наблюдать за окружающими. А среди завсегдатаев "Чая" были интереснейшие люди, из-за которых кафе получило у нас еще одно имя:"Паноптикум". Каждый вечер приходил старик в элегантном, хотя и очень потертом костюме - тройке, выпивал чашку кофе, а затем весь вечер дремал, держа обеими руками трость с массивным набалдашником. Однажды, сидя за соседним столиком, он повернулся к нам и сказал:" Знаете ли, это кафе очень напоминает мне кафе "Ротонд" в Париже" - "А вы бывали в Париже??" И тут началась растянувшаяся на много вечеров сага старого одессита Мони Орлюка. Дядя Моня, как звали его все завсегдатаи, объездил весь мир, работая у своего брата - крупного американского антрепренера. При дяде Моне нельзя было упомянуть какое-нибудь большое артистическое имя первой половины 20 века, чтобы не услышать что-нибудь, вроде "Карузо ? Устраивал я ему однажды турне в Америке.Рахманинов? Да, делал я ему 2 концерта в Лиссабоне". Моню все очень любили, и в кафе долго его вспоминали, когда через пару лет он перестал приходить. Часто приходил величественный седой красивый человек, с одной-двух рюмочек погружавшийся в дрему. Однажды, когда увлекшись, мы долго читали друг другу Мандельштама и Пастернака, он поднял голову и громко провозгласил:" Молодые люди! Вы понятия не имеете - что такое Поэзия! Это говорю вам я - великий русский поэт Овсей Дриз" (как мы узнали намного позднее, Овсей Овсеевич был, действительно, очень хорошим поэтом, писавшим на идиш). Аура "Русского чая" действительно притягивала, кафе вошло в моду, почти все столики ежевечерне были заняты постоянными посетителями, в какой то момент там стали часто появляться люди из компании моего старшего брата Лёни, знакомство с которыми привело, странным образом, к нашему с Лёней сближению и тесной дружбе, чему прежде очень мешала разница в возрасте. Как рассказывает мой брат, ему было вначале странно услышать от приятелей слова "Алик считает, что...Алик думает, что...", и он заинтересовался этим Аликом. Аналогичный процесс происходил и в моем сознании. Продолжение следует.

Profile

doctor_alik: (Default)
doctor_alik

June 2017

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728 2930 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 02:43 pm
Powered by Dreamwidth Studios